Михаил Краснянский

КВН


Ещё один весёлый факт моей биографии - я был организатором и капитаном самой первой команды КВН  нашего Донецкого политеха (образца 1965-70 гг.), родившейся на волне «брежневской оттепели» раннего периода.  Мы были молоды, задиристы, наивны (в смысле полного отсутствия «внутреннего цензора»), короче – «и чушь прекрасную несли», мы были авторами всех наших  шуток и хохм; мы их сами сочиняли и сами  же хохотали  от них до  упаду (как говаривала Шехерезада:  "И она громко засмеялась и налила в шальвары")... На мой вкус, у нашего поколения юмор был потоньше и поинтеллектуальней чем в сегодняшних КВНах (что ж, считайте это старческим ворчанием...). Например, в «вопросах-ответах» мы спрашивали: «Что такое радость труда?» - Наш ответ был: «Это чувство, которое испытывает поэт, глядя, как рабочие строят плотину». Или: «Чем пахнет от загулявшего дедушки, когда он под утро возвращается домой?»  - Наш ответ был: «От него пахнет коньяком, сигарами и бабушками». Или: «Что вы делали вечерами, когда еще не было телевизора?» - Наш ответ был: «Когда у нас ещё не было телевизора, мы садились всей семьей и смотрели вентилятор. Разницы никакой».

Шло время, оттепель заканчивалась, крепчал цэка-капээсэсовский маразм, а мы всё шутили…  Пока мы шутили внутри нашего политеха – Бог нас хранил. Но вот в январе 1971 г. финал «облКВН» впервые транслировался по Донецкому областному ТВ. И что же услышало городское и областное партначальство? Ужас и кошмар! Например, в одной из наших сценок некий Большой Начальник говорил: «Приказываю: Менделеевскую Периодическую систему химических элементов, идя навстречу многочисленным пожеланиям самих элементов, переименовать в Периодическую систему элементов имени меня!». Или объявляли со сцены (типа программы новостей): «Сегодня, после тяжелой и продолжительной болезни, не приходя в сознание, кое-кто приступил к управлению государством»; «В связи со строительством социализма, в пустыне Сахара начались перебои с песком». - Ярости нашего обкома ВЛКСМ, «курировавшего» КВН, не было предела! Тем не менее, не вняв "звоночку", мы твёрдо решили выходить на всесоюзный экран, подав официальную заявку в Москву (тем более, что тогда всесоюзным КВН руководила моя однофамилица Марианна Краснянская) – и в декабре 1971 г. я  из студии на Шаболовке в Москве таки «вылез» на всесоюзный экран с презентацией нашей команды КВН  ДПИ! И вот воскресным вечером,  весь Донецк (вместе со всем СССР) увидел меня на экране телевизора. И это был мой конец (правда, тогда я этого еще не знал). Я не знал, что в понедельник с утра ректора, а также секретаря и важных членов парткома ДПИ вызовут в Донецкий обком КПСС на какое-то заседание, и зав. сектором науки и учебных заведений г-жа Радченко будет орать им в перепуганные лица примерно следующее: «Кто уполномочил какого-то Кгаснянского (так, по рассказам сочувствующего мне члена парткома, произносила она мою фамилию – через «г», намекая на моё еврейство) представлять на всесоюзном телеэкране Донецкую область, если даже САМ первый секретарь нашего обкома КПСС Дегтярёв еще ни разу не выступал по ЦТ?! - («Quod licet Jovi, non licet bovi - Что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку»; кстати, во время своего выступления я предложил  ввести единицу смеха «1 ХА» - в честь тогда уже знаменитого капитана Одесской команды КВН Валерия Хаита, за что получил отдельный «втык», типа «на ЦТ еврей еврея прославляет – вот это дожили!»). -  Чтобы духа этого Краснянского в институте не было! - подытожил ситуацию обком КПСС. Через год «моего духа» в ДПИ   не стало – меня, 28-летнего кандидата химических наук, уволили решением парткома факультета (!), а деятельность нашей институтской команды КВН была запрещена (уже парткомом института). Где теперь он, костяк самой первой («репрессированной») команды КВН Донецкого политеха, о которой никогда в нынешнем ДонНТУ не вспоминают? – Ближе всех мой соавтор всех наших шуток Женя Сагаловский, он в Москве, в «Независимой газете»; наш режиссер Фима Торбан - в США, работает в строительной фирме; Витя Шкатов – в Израиле, ведущий инженер крупного завода; Жора Бородулин – в Австралии, чинит сумки кенгуру (шутка).

Вызывает восхищение стойкая и последовательная ненависть КПСС к нашей еврейской семье – ведь и мой отец, и я были изгнаны с работы именно решениями обкомов-парткомов КПСС! Огромное спасибо вам, советские и все прочие всемирные антисемиты! Во многом благодаря вашим усилиям, еврейский народ научился выживать, развиваться и процветать в таких экстремальных условиях, в которых иные народы давно бы прекратили своё существование!...

Ещё с советских времен я  всегда очень удивлялся: вот  захожу я в некий высокий кабинет (партийный, министерский, иной); я точно знаю, что хозяин кабинета никогда обо мне не слышал и впервые меня видит, но я четко ощущаю - он сразу, с первого взгляда, с первого "нюха"  понимает: в кабинет зашел  ЧУЖАК.  Как??! Я долго пытался понять  этот феномен, пока где-то не прочел статью о хорьках. Степные (белые) хорьки вот как обустраивают свою жизнь. Они заселяют участок степи, после чего самцы  начинают грызться между собой за звание "альфа-самца". Наконец один - самый сильный и наглый - загрызает или запугивает всех прочих и становится "хорьком-в-законе". После чего он поступает следующим несложным, но эффективным образом: он мочится на всех остальных коллег-хорьков. Далее всё очень просто: "хорёк-в-законе" ежедневно обходит свои владения и  обнюхивает всех встречных; если встречный  пахнет его мочой - значит свой, если нет - это чужак, и "хорёк-в-законе" без лишних вопросов немедленно загрызает такого. И тогда я понял, что при посещении  владельцев всяческих "высоких кабинетов" (как прошлых партийных, так и нынешних коррумпированных) моя проблема состоит в том, что   Я НЕ ПАХНУ ИХ МОЧОЙ! И всякий раз,   выйдя из такого кабинета, я, как молитву, повторял любимое четверостишие любимого Галича:

Не делить с подонками хлеба,
И не падать пред ними ниц,
И не верить ни в чистое небо,
Ни в улыбки сиятельных лиц.

В советские времена я представлял себе КПСС как раковую опухоль в Кремле с метастазами по всей  стране. И после изгнания меня из ДПИ я еще раз с гордостью отметил: хотя КПСС густо и тщательно загадила весь СССР своей канцерогенной мочой (включая мою альма-матер – Донецкий политех) – я, в отличие от многих и многих,  так и не согласился пахнуть ею! «If I lose my honor I lose myself - Если я потеряю честь, я потеряю себя» (Уильям Шекспир, «Антоний и Клеопатра»).

 

 Вернуться на главную